Бугония

В подвале старого дома, лишенном окон и полном зловещей тишины, разворачивается абсурдная и напряженная драма, движимая непоколебимой верой одного человека. Тедди, простой рабочий, чей разум полностью поглощен паутиной собственных теорий заговора, совершает отчаянный поступок. Убежденный, что высокая руководительница крупной корпорации на самом деле является инопланетным агентом из далекой галактики Андромеды, он с помощью своего недалекого и колеблющегося кузена похищает женщину. Для Тедди это не преступление, а акт спасения человечества; он видит себя последним щитом, стоящим на пути коварных пришельцев, которые, по его мнению, методично готовят уничтожение всей жизни на Земле. Его план прост и безумен в своей прямоте: изолировать угрозу и вступить в переговоры с высшими силами. Запертая в сыром помещении, пленница оказывается в центре чужого психоза, вынужденная иметь дело не с обычными вымогателями, а с фанатиком, чья реальность строится на иллюзиях. Основное действие сосредотачивается на этом вынужденном диалоге между похитителем и его жертвой, где границы между реальностью и бредом начинают размываться. Тедди, вооружившись самодельными схемами и конспирологическими трактатами, предъявляет женщине ультиматум: она должна составить послание верховному императору Андромеды. Цель этого сообщения – организовать личную встречу, на которой Тедди намерен обсудить детали мирного ухода инопланетных захватчиков с планеты. В его воображении это будет героический саммит, где он, представитель человечества, дипломатично, но твердо потребует, чтобы пришельцы покинули «зеленую планету». Однако ситуация осложняется не только очевидным безумием Тедди, но и присутствием его кузена, чья глупость и неуверенность становятся непредсказуемым фактором. По мере развития событий в замкнутом пространстве подвала нарастает психологическое напряжение. Пленница, пытаясь сохранить рассудок и жизнь, вынуждена лавировать в причудливой логике своего тюремщика, балансируя между попытками доказать свою невиновность и опасной игрой в предложенные ей правила. Эта вынужденная игра в межгалактическую дипломатию в бетонной клетке превращается в странную битву умов, где ставкой является не только свобода, но и само восприятие действительности, а абсурдность ситуации постепенно обнажает глубокое одиночество и отчаяние, скрывающиеся за фасадом фанатичной одержимости.